как представитель суда штата такого-то, я имею
  предписание на то-то и то-то, казнь должна состояться в 12.01, тогда-то
  и тогда-то, выйдите вперед, пожалуйста.
   Тут поднялся с койки.
   - Я выхожу вперед, я выхожу вперед, я выхожу вперед, - забубнил он.
   - Повернись, - приказал Дин и, когда Тут-Тут повернулся, осмотрел его
  плешивую макушку. Макушку Вождя обреют завтра вечером, и тогда Дин
  проверит, не нужно ли чего подправить. Щетина может уменьшить
  проводимость и будет тяжелее. А все, что мы делали сегодня, призвано
  облегчить процедуру.
   - Все нормально, пошли, Арлен, - сказал я Тут-Туту, и мы вышли.
   - Я иду по коридору, я иду по коридору, я иду по коридору, я иду по
  коридору, - заговорил Тут. Я шел слева от него, Дин - справа, Харри
  сразу за ним. В начале коридора мы повернули направо, прочь от жизни в
  прогулочном дворике, навстречу смерти - в помещении склада. Мы вошли в
  мой кабинет, и Тут упал на колени, хотя его не просили об этом. Он знал
  сценарий, хорошо знал, наверное, лучше, чем любой из нас. Ведь он
  находился здесь. Бог знает, насколько дольше нас.
   - Я молюсь, я молюсь, я молюсь, - Тут-Тут сложил свои корявые руки.
  Они были похожи на знаменитую гравюру, вы, наверное, знаете, о чем я
  говорю: "Бог - мой пастырь" и т.д. И т.п. - А кто будет читать молитву с
  Биттербаком? - спросил Харри. - Нам ведь не надо, чтобы какой-нибудь
  ирокезский знахарь тряс тут своим членом? - В самом деле...
   - Все