ла баулы и готовила платье начальника уезда из зеленой
  парчи, третья жена заметила:
   - Я пойду сделаю вам пластырь из апельсиновых корочек. Если вы будете
  носить его на голове, уже завтра вам полегчает.
   - Ну как я могу появиться на банкете с обвязанной головой? Я же буду
  глупо выглядеть!
   - Никто ничего не заметит, если вы натянете пониже свой головной убор, -
  возразила всегда мыслящая практически первая жена.
   Судья пробормотал какие-то возражения, но третья жена уже взяла горсть
  сушеных апельсиновых корок из аптечного сундучка и бросила в кипящий горшок.
  После того, как они достаточно набухли, вторая жена завернула их в кусок
  ткани, и две женщины плотно обмотали ему пластырь вокруг головы. Первая жена
  тщательно натянула сверху бархатную шапочку и заметила:
   - Теперь никто ничего не заметит!
   Судья поблагодарил их и обещал вернуться сразу же после банкета. У порога
  он обернулся и сказал служанкам, чтобы они закрыли дверь на щеколду.
   - И никоим образом, - добавил он, - не открывайте, пока не
  удостоверитесь, с кем имеете дело. В монастыре находятся самые разные люди.
   Он прошел в прихожую, где его дожидался Тао Ган. Приказав служанкам
  отнести чай их хозяйкам, он усадил помощника рядом с собой и сказал, понизив
  голос:
   - Мо Моте покинул кладовую перед моим приходом. Вернулся ли он в
  артистическую уборную?
   - Нет, ваше превосходительство. Он, похоже, шатается по монастырю. Но
  барышня Нгеуян появилась сразу