нный чиновник благословляет случай, который
  предоставил ему давно ожидаемую возможность высказать свое уважение столь
  выдающейся особе, как ваше превосходительство.
   - Ко всем чертям эти пышные фразы, Ди! - сердечно воскликнул Суень Мин. -
  Посидите, пока я наведу порядок во всех этих бумагах.
   Он снова уселся за стол, сказав послушнику, который только что подал чай:
   - Спасибо, мой мальчик. Ты можешь быть свободен. Я сам поухаживаю за
  гостем.
   Глоточками попивая ароматизированный жасмином чай, судья присматривался к
  учителю. Суень был так же высок, как и он, но потяжелее, и его могучая шея
  почти совсем пропадала между плечами борца. Хотя он приближался к
  шестидесяти годам, на его розовом гладком лице не было ни морщинки.
  Полукольцо коротких седых волос окаймляло его подбородок, а зачесанная назад
  серебристая шевелюра открывала широкий лоб и плотно прилегала к темени.
  Будучи светским даосом, он не носил головного убора, и его тонкие усики
  резко контрастировали с мохнатыми бровями. Все в нем свидетельствовало о
  поистине исключительном характере.
   Затем судья принялся за чтение различных даосских текстов, развешанных по
  стенам. Наконец учитель Суень отодвинул бумаги и, устремив на судью свой
  пронизывающий взгляд, спросил:
   - Вы упомянули о каком-то случае. Надеюсь, ничего серьезного?
   - Нет, нет. Проведя две недели в столице, моя семья и я сегодня выехали в
  Ханюань. Я надеялся еще до вечерней трапезы быть в ямыне,