дельно, у входа в зал. Тао Ган только что к
  ним присоединился. Мо Моте нигде не было видно.
   Начальник уезда без малейшего восторга смотрел на холодную рыбу, которую
  настоятель положил в его тарелку. Столь же мало соблазнительной показалась
  чашка разварившегося риса с изюмом. Аппетит пропал. Чтобы скрыть это, он
  сказал:
   - Я думал, что в даосских монастырях не подают ни рыбы, ни мяса.
   Улыбаясь, настоятель ответил:
   - Мы строго соблюдаем монастырский устав, воздерживаясь от любых
  алкогольных напитков. В Моей чарке чай. Однако не в вашей. Мы делаем
  исключение ради наших почетных гостей, но в остальном строго придерживаемся
  вегетарианского режима. Эта рыба приготовлена из соевого теста, а то, что
  там выглядит жареной курицей, выпечено из муки на кунжутном масле.
   Судья совсем приуныл. Не будучи чревоугодником, он тем не менее любил
  вкусно поесть. Проглатывая маленький кусочек "рыбы" из теста, он чуть было
  не подавился. Видя, что настоятель за ним наблюдает, он поспешил заметить:
   - Это поистине очень вкусно, у вас замечательные повара. Залпом выпил он
  свою чарку. Вино все-таки можно было пить. Лежавшая на тарелке поддельная
  рыба мрачно глядела на него своим черноватым глазом из мелкой сливы.
  Неизвестно почему это заставляло его вспоминать о покойном настоятеле.
   - После банкета, - объявил он, - я хотел бы посетить храм, а затем
  помолиться перед прахом вашего предшественника. Отец настоятель поставил на
  стол свою