теля, Кавио Гольди чувствовал себя под этим взглядом как
  на электрическом стуле.
   - Наше счастье, что все убитые - бездомные бродяги. У них нет
  родственников, и некому спросить, куда они делись. Только поэтому газетчики
  еще не пронюхали о массовых убийствах в городе...
   На столе у Плацци зазвонил телефон, но тот поднял трубку и грохнул ею об
  рычаг.
   - Впрочем кое-какие слухи к ним уже просочились - слишком многие видели
  трупы. И только благодаря моему личному знакомству с владельцами газет, они
  придержали материал - иначе скандала было не избежать... Конечно, они не
  знают о всех трупах- случись такое, даже мои связи оказались бы
  бесполезными, - но о паре-тройке задушенных бродяг в городе уже говорят.
  Газетчики просто жаждут крови. Наша задача - не дать им ее.
   Начальник полиции вытащил из стола четырнадцать фотографий с чудовищно
  одинаковыми лицами покойников, каждый из которых имел на шее кроваво-синее
  "ожерелье". Подняв фотографии, Плацци веером развернул их перед Гольди и
  спросил:
   - Где эти люди сейчас?
   - Двенадцать похоронены на чимитеро Нуово, двое - пока в морге.
   - Почему в морге? - Плацци недовольно поиграл желваками. - Я приказал
  закопать всех. Нам не нужны лишние свидетельства. Вы понимаете это, Гольди?
  Убитых вчера утром должны были закопать уже вечером.
   - Врач не успел сделать полный анализ...
   - Анализ чего? - Плацци жестко перебил заместителя. - Эти двое были
  задушены, как и все остальные. Ему