на него спокойно и отрешенно.
   - Кто-то из наших аналитиков читал книгу британского журналиста, где
  рассказывалось об одном вьетконговце, десять лет воевавшем в катакомбах, а
  потом иммигрировавшем в нашу страну. Его звали Тра-Данг-Фуонг.
   Маленький вьетнамец продолжал смотреть на Латропа, выражение лица у него
  абсолютно не изменилось.
   - После войны что-то у него было с головой, и правительство Северного
  Вьетнама отправило его на лечение в Париж. Но судьба обернулась так, что в
  Париже он познакомился с американским психиатром, которого заинтересовал
  этот случай, и доктор привез его в Америку при содействии арлинггонской
  католической церкви. Мы проверили иммиграционное досье и убедились, что Тра
  Данг-Фуонг все еще здесь. Он переехал сюда в восемьдесят третьем году и, по
  нашим данным, так и живет в этом доме.
   - Я дядя Фуонг, - сказал Нхай.
   - Так он здесь?
   - Фуонг здесь.
   - Могу я увидеть его?
   - Из этого не выйдет ничего хорошего. Фуонг провел десять лет в тоннелях,
  и последствия этого печальны. Фуонг ни во что не верит и хочет только одного
  чтобы его оставили в покое. Теперь мало что может доставить ему радость.
  Доктор Мэйфилд считал, что отъезд из родной страны и смена обстановки
  помогут Фуонг, но он ошибся. Его пациенту ничего не помогает, Фуонг страдает
  от постоянной тоски и неприкаянности.
   - Но Фуонг, он знает тоннели?
   - Никто так не знает тоннели, как Фуонг.
   - Сэр, а не мог бы мистер