равлены
  в сторону от горы. И тогда, возможно, противнику не удастся сбить его.
   Гора была похожа на жирную сиську. Лео начал противоракетный маневр. Он
  нажал на педаль рулей управления, начал резко прибавлять и убавлять газ,
  дергать ручку управления. Его машина, его "Зеленая свинья", принялась
  выделывать в воздухе такое, что происходящее скорее можно было принять за
  катастрофу, чем за намеренные действия. Даже будучи в скафандре,
  пристегнутый всеми ремнями, Лео ощущал ребрами, сердцем все движения
  самолета, хотя еще недавно ему казалось, что сердце вообще решило отдохнуть
  во время этого последнего долгого захода.
   А между тем цветные шарики летели навстречу, чтобы разнести его в клочья.
   Ему показалось, что он погружается в ярко освещенную ванну с пузырями.
   Незнакомые блики, странные видения, кошмары, фантазии, наркотические
  галлюцинации, воспаленные мечты - все это захлестнуло Лео. Причудливые,
  словно под водой, пастельные и аквамариновые тона, все так чудесно и
  величественно.
   Его самолет трясло от пуль, теперь в "Свинью" попадали непрерывно, потому
  что все с горы стреляли теперь только в нее.
   Внезапно на Лео пахнуло воздухом, в колпаке кабины, как раз над его
  головой, появились дырочки, и в кабину ворвалось что-то вроде фейерверка. Он
  почувствовал, как онемела левая рука. Зеркало было разбито, дым, едкий запах
  и запах гари начали заполнять кабину. Неужели они не видят, что горит