, медленно подошел к нам, молча
  сел за руль и завел мотор.
   Я не знал, с кем рядом сесть. На переднем сиденье мне было плохо, но я
  не хотел, чтобы Билл подумал, что теперь он отрезанный ломоть. Кэпп это
  сразу почувствовал и улыбнулся.
   - Садись рядом с братом. А я устал и хочу размяться.
   Я сел в машину и захлопнул дверцу. Билл, не поворачиваясь ко мне,
  спросил:
   - Назад в отель?
   - Можно и туда.
   Когда мы вернулись в Платтсбург, Кэпп сказал, что хочет выпить. Билл
  отказался и, опустив голову, начал подниматься на второй этаж, а мы с
  Кэппом, миновав вестибюль, направились в бар. Он назывался "Флейта и
  барабан". Напитки подавали в красно-сине-белых стаканах, похожих на барабаны
  времен войны за независимость.
   - Пятнадцать лет ни капли во рту не было, - проворчал Кэпп. - Что хоть
  сейчас считается хорошим виски?
   - Я не пью хорошее виски, - я пожал плечами.
   - Может быть, "Палату лордов"? - спросил проходивший мимо официант.
   - Хорошее название, - похвалил Кэпп. - Надо попробовать. Две двойные
  порции со льдом.
   Когда официант отошел, я сказал:
   - Вы просидели в тюрьме больше двадцати лет. Выходит, первые пять вам
  давали выпивку?
   - Меня хотели посадить в Синг-Синг, но у меня были связи. - Он
  подмигнул. - А в то время в Даннеморе режим был помягче, не такой как в
  федеральной тюрьме. - Он скорчил гримасу. - Хотя теперь там точно