вно, то, что он мой
  отец, как-то не укладывалось в голове.
   Тут Кэпп вернулся, залпом допил второй бокал, и мы заказали по
  третьему. Кэпп глотнул виски и продолжал говорить так, будто и не
  останавливался.
   - Так вот, что касается семьи. Для многих людей, причем самых разных,
  это имеет огромное значение. И скажу тебе, что если это очень важно для
  группы людей, то именно она и превращает их в единомышленников. Особенно в
  Нью-Йорке. Тебе не кажется? Возьмем гангстеров. Ты думаешь, что это
  жестокие, холодные люди. Нет. Ты не найдешь ни одного, даже самого мелкого
  рэкетира, который бы не потратил первые заработанные несколько тысяч, чтобы
  купить дом матери. И обязательно кирпичный. Обязательно кирпичный, только не
  спрашивай почему. Это национальная черта, традиция, понимаешь? На
  национальном уровне всем заправляют уопы, на местном - майки и кайки.
  Другими словами, итальянцы, ирландцы и евреи. И у них у всех на первом месте
  - семья, семья, семья...
   - Но ведь постепенно все становятся американцами.
   - Да, конечно. Поверь, последние несколько лет я только тем и
  занимался, что читал журналы. Знаю я эти штучки - дескать, если ты стал
  американцем, то не имеешь корней, ни к чему не привязан, и все такое. У тебя
  нет ни дома, ни традиций, и так далее. И кому какое дело до всяких там
  кузенов, братьев, родителей? Если только они не богатые, верно?