сли у него и были какие-то подозрения на мой счет, то либо они не
  оправдались, либо он сдался.
   Запершись в номере, я лег в постель и долгое время не мог сообразить,
  что здесь не так, а потом догадался: я не слышу, как на соседней кровати
  дышит Билл. Я прислушался. Точно, не дышит. Бедный старина Билл.
   Однажды мне попался сборник рассказов писателя фантаста Фредерика
  Брауна. В одном из них он цитирует сказку о крестьянине, который идет домой
  через страшный лес и говорит себе: "Я хороший человек и никому не сделал
  ничего плохого. Если дьяволы могут причинить мне вред, то в мире нет никакой
  справедливости". И тут хриплый голос у него за спиной произносит: "А ее
  никогда и не было".
   Писатель не указал, как звали того крестьянина, но я уверен, что его
  звали Билл.
   Жаль, что я не мог поговорить с Кэппом, но мы с ним решили, что, пока
  от меня не отвяжется полиция, нам следует держаться подальше друг от друга.
  Его присутствие только осложнило бы обстановку, поэтому я сказал, что был
  один, когда нашел Билла.
   Я встал, включил свет и вышел на улицу, но все бары в Платтсбурге были
  уже закрыты. Тогда я вернулся в номер и, погасив свет, закурил и сел на
  кровать. Каждый раз, когда я затягивался, комната озарялась тусклым
  красноватым светом, и казалось, что покрывала на соседней кровати тихонько
  шевелятся. Докурив сигарету, я снова включил свет и лег спать.
   В пятницу