и мелких луж. Руки
  крепко связаны за спиной. Кисти онемели от тугих веревок - кто-то на
  славу потрудился, когда приволок меня и бросил здесь. Я попытался привс-
  тать, но не мог двинуться. Тогда, извиваясь, попытался сесть, и это пос-
  ле долгих усилий удалось. В глазах закрутились огненные круги. Немного
  придя в себя, огляделся. Ноги связаны. Рядом стояли высокие, доходящие
  до окна винные чаны - веревка протянулась от щиколоток к какой-то ржавой
  скобе. Чаны тянулись вдоль всей стены. Шнур руками развязать было невоз-
  можно. Даже горилла не могла бы перегрызть этот пластиковый линь.
   Потихоньку, стараясь не делать резких движений, ибо у меня от них ту-
  манилось в голове, стал осматривать подвал. Окно, закрытая дверь, винные
  чаны. И я среди них. Впрочем, могло быть и хуже. По крайней мере, никто
  не залил подвал водой, чтобы утопить меня, никто не пустил удушающий
  газ, не было змей и зловещих черных тарантулов. Только пустой подвал - и
  я в нем. И все же положение довольно скверное. Я подтянулся к винным ча-
  нам и попытался зацепиться ногой за шнур, которым был к ним привязан, но
  это только добавило мне боли, уже и так чрезмерной. Затем я попытался
  освободить руки, заранее зная бесполезность этой затеи. Мелькнула мысль,
  что я долго буду здесь умирать от голода и жажды.
   Спокойно, сказал я себе. Обдумай все без спешки, Кэвел. И я принялся
  обдумывать, но так ничего путного и не придумал, кроме подтверждения
  безвыходности моего положения. Плачевно.
   И