т вышел
  на проселочную дорогу с указательным знаком "Нитли Комен. 2 мили". Я хо-
  рошо знал это место, находящееся в десяти милях от Альфингема, на шоссе
  Лондон - Альфингем. Значит, я оказался, по крайней мере, в шести милях
  от той телефонной будки, возле которой меня стукнули. Наверное, это был
  единственный заброшенный дом поблизости.
   Две мили до Нитли шел полчаса не только потому, что скверно себя
  чувствовал, но еще из-за того, что прятался в кустах и за придорожными
  деревьями при звуке машины или мотоцикла. Нитли Комен я обошел безлюдны-
  ми в это холодное и ненастное октябрьское утро полями. И вот наконец
  добрался до главного шоссе, опустился на обочине за реденькими кустами.
  Я ощущал себя полной развалиной, настолько был измучен, и даже не чувс-
  твовал боли в груди. Замерз, как могильная плита, и дрожал мелкой дрожью
  марионетки в руках сумасшедшего кукольника.
   Двадцать минут напрасно ожидал попутную машину. Движение в деревенс-
  ком Уилтшире никогда не сравнится с движением на лондонском Пикадилли,
  даже в выходной день. За это время прошло только три автомобиля и один
  автобус, почти полные. А я ожидал грузовик с одним водителем. Впрочем,
  неизвестно еще, как отнесется ко мне одинокий водитель. Оборванная фигу-
  ра, смакивающая на арестанта или беглеца из сумасшедшего дома, не может
  внушать доверия на пустынной дороге.
   Тут показалась машина с двумя пассажирами, но я сразу разглядел поли-
  цейских в форме, даже раньше, чем определил марку