ьше не потребуется. Как он предусмотрительно когда-то мне заме-
  тил, у него нет родственников и некому оставлять наследство. Было бы
  глупо оставлять виски. Мы в нем очень нуждались. Я налил тяжелые большие
  бокалы Харденджеру и себе, еще два бокала полицейским водителям. Если
  даже Харденджер отметил про себя мой проступок как воровство имущества и
  нарушение служебных правил - ведь я предложил алкогольный напиток поли-
  цейским во время службы, он все-таки промолчал. И прикончил виски раньше
  нас. Полицейские уже уходили, когда вернулся Шеф.
   Казалось, он старел с каждой минутой. С тех пор как я видел его пос-
  ледний раз, складки вокруг носа и рта еще резче углубились.
   - Вы нашли ее? - спросил он, беря стакан виски.
   - Мы нашли ее, - подтвердил Харденджер. -
   Мертвой, как и предполагал Кэвел. Убитой.
   - Вряд ли это кого заинтересует. - Шеф вдруг поежился и отхлебнул
  большой глоток. - Она только одна из многих. К этому времени завтра...
  сколько тысяч их будет... Один бог знает, сколько тысяч. Этот безумец
  прислал еще послание. Обычный библейский язык: стены Мортона еще стоят,
  нет признаков разрушения, поэтому приближается его время. Если разруше-
  ние Мортона не начнется к полуночи, он собирается открыть ампулу ботули-
  нусного токсина в центре Лондона в четыре часа утра, в четверти мили от
  Нью-Оксфорд-стрит. От такого сообщения захотелось выпить еще.
   - Он не безумец, сэр, - сказал Харденджер.
   - Нет. - Шеф устало потер лоб. - Я передал о