едить население воздерживаться от питья, стирки в течение двенадцати
  часов.
   - Это и предлагают газетчики. Запастись водой, герметизировать ее.
  Господи, что же из всего этого получится?! В жизни никогда не чувствовал
  себя таким беспомощным. И нет ни единого просвета в этом деле. Если бы
  мы имели хоть малейшее подозрение, хоть намек на личность преступника,
  хоть что-нибудь. Если бы мы на него вышли, отвернулся бы и разрешил Кэ-
  велу поработать над ним.
   Я осушил и поставил свой стакан:
   - Вы имеете в виду это, сэр?
   - А что еще?! - Он поднял взгляд от стакана и уставился на меня уста-
  лыми серыми глазами. - Что вы предлагаете, Кэвел? Можете указать путь?
   - Могу сделать большее, сэр. Я знаю. Я знаю, кто это.
   Когда прошел шок, Шеф вновь стал невозмутим. Он это умел. Широко рта
  не открывал, глаза не вытаращивал, словом, не выражал никаких эмоций.
   - Половину моего королевства отдам, Пьер. Кто? - прошептал он.
   - Еще одно доказательство, последнее доказательство, и тогда я скажу
  - кто. Мы пропустили эту улику, когда она смотрела на нас. По крайней
  мере, на меня. И Харденджера. Подумать только, безопасность страны зави-
  сит от таких людей, как мы! Полицейские, детективы! Мы не могли бы обна-
  ружить даже дыр в сыре груйе. - Я повернулся к Харденджеру. - Мы только
  что внимательно обыскали сад. Согласны?
   - Согласен. Ну и что?
   - Не пропустили ни одного фута, правда?
   - Продолжайте, - с нетерпением проворчал он.
   - Вы видели признаки