. Если хотя бы один из
  них нападет на след, то им никогда не отвязаться.
   - Прикажите расставить оцепление, - сказал я, - Прикажите остановить
  их любой ценой.
   - Вы с ума сошли! - воскликнул Харденджер. - В своем ли вы уме, Кэ-
  вел? Хотите, чтобы вашу жену убили? Черт вас дери, вы ведь знаете, он
  будет прикрываться ею, как живым щитом! Для этого он ее держит. Грегори
  не встречал полицейских, кроме регулировщика, с того момента, как уехал
  от Макдональда. Вряд ли он знает, что мы объявили всеобщий розыск. Разве
  вам это не понятно?
   - Оцепление, - повторил я. - Нужно расставить оцепление. Где же вы
  будете брать его? В центре Лондона? Там, где он собирается открыть ампу-
  лу с проклятым ботулинусом? Едва он окажется в Лондоне, полицейские по-
  теряют его из вида, наверняка потеряют. Разве не ясно, что его необходи-
  мо остановить раньше? Если же он окажется в Лондоне...
   - Но ведь вы согласились...
   - Когда я не знал, что он направляется в Лондон.
   - Шеф, - взмолился Харденджер, - не можете ли вы заставить Кэвела...
   - Она мой единственный ребенок, Харденджер. У старика нечего спраши-
  вать о жизни и смерти его единственного ребенка, - бесстрастно сказал
  Шеф. - Вы знаете, как я привязан к Мэри. - Он помолчал и продолжал так
  же бесстрастно: - Я согласен с Кэвелом. Делайте, как он говорит.
   Харденджер выругался вполголоса и наклонился вперед к сержанту. Когда
  он кончил отдавать распоряжения, Шеф спокойно сказал:
   - Пока мы едем, мой мальчик,