йно сказал Шеф. - И побыст-
  рее. Не так ли, мой мальчик?
   - Да, сэр. - Я быстро огляделся. - Надо поставить две бочки по сторо-
  нам двери. И еще две рядом с ними, чуть-чуть сзади. Четверо встанут на
  них и будут раскачивать давильный пресс. Я не могу помочь, ребра разбо-
  лелись. В этом прессе не меньше трехсот фунтов. Ни унции меньше. Как
  считаете, старший инспектор, четверо смогут его раскачать?
   - А что тут считать? - проворчал Харденджер. - Я сделаю это одной ру-
  кой, если от этого зависит наше спасение. Лишь бы выбраться из этого
  места! Давайте, ради бога, поживее!
   Никто не заставил себя просить. Поставить бочки оказалось нелегко.
  Они были полны, тяжелы, но отчаяние и страх умножали наши силы. Через
  двадцать секунд все четыре бочки стояли как надо, а в следующие двадцать
  секунд Харденджер, сержант и двое полицейских, по двое с каждой стороны,
  уже раскачивали пресс.
   Дверь была из крепкого дуба, с тяжелыми прочными петлями и такой же
  могучей задвижкой снаружи. И все же против четырех отчаявшихся людей, у
  которых жизнь была поставлена на карту, она не смогла устоять. После
  первых ударов дверь сорвалась с петель, и винный пресс вылетел вслед за
  ней через порог в темноту. Через пять секунд и все мы последовали туда
  же.
   - Вот фермы, - сказал Харденджер. - Зайдите. Может, у них есть теле-
  фон.
   - Подождите! - повелительно крикнул я. - Мы не имеем права это де-
  лать. А вдруг мы занесем вирус? Вдруг принесем смерть всей семье?