отулинусного токсина пе-
  редвинуто с четырех часов на 2.30. Однако спешки и паники не было. Не
  было и отчаяния. Казалось, ничего необычного не происходит, только масса
  людей с чемоданами - флегматичные лондонские жители, которые видели го-
  род в огне и сотни раз переносили ночные массированные бомбардировки во
  время войны, не собирались впадать в панику.
   Между 9.30 и 10.00 тысячи солдат методично прочесывали центральную
  часть города в поисках оставшихся жителей - мужчин, женщин, детей, чтобы
  всех отправить в безопасное место и никого не проглядеть. В 11.30 поли-
  цейский катер с потушенными огнями тихо пристал к берегу и высадил меня
  на северном берегу Темзы, ниже Хунгерфордского моста. В полночь воору-
  женные войска и полиция держали под контролем всю эту территорию, вклю-
  чая мосты через Темзу. В час ночи отключили освещение на доброй квадрат-
  ной миле города - на миле, где находились войска и полиция.
   В 3.20, через пятьдесят минут после предупреждения о выпуске ботули-
  нусного токсина, настала пора идти. Я вытащил из плохо подогнанного чех-
  ла одолженный мне пистолет "уэбли", проверил нож, прикрепленный рукоят-
  кой вниз к левой руке, и двинулся в темноту.
   Я никогда не был на новой вертолетной площадке Северного берега, но
  инспектор транспортной полиции так все толково объяснил, что теперь я
  мог найти туда дорогу с завязанными глазами. Так оно и было. С завязан-
  ными глазами. Слепой. В темном городе, в хмурой плачущей ночи. Темень
  была,