ефлекторный
  телескоп.
   - Мое единственное увлечение, - сказал возбужденный до энтузиазма
  Чессингем, забыв про усталость. - Я член Британского астрономического
  общества, отдел Юпитера, и регулярный корреспондент нескольких астроно-
  мических журналов. Некоторые из них зависят исключительно от подобных
  мне любителей. И могу сказать, что нет ничего менее любительского, неже-
  ли любитель-астроном. Я не ложился спать до двух часов утра, делал серию
  снимков красного пятна на Юпитере для астрономического ежемесячника. Вот
  письмо с просьбой сделать эти снимки. Они остались довольны моими преды-
  дущими снимками, - пояснил он с широкой облегченной улыбкой.
   Я взглянул на письмо. Оно, конечно, было подлинным.
   - Сделал серию из шести снимков. Прекрасные, должен отметить. Вот
  они, я покажу вам. - Он скрылся за шторой, которую я принял за вход в
  его будку, и вновь появился с пачкой явно совершенно свежих снимков. Я
  взял их и не нашел ничего прекрасного: какие-то размытые бесформенные
  пятна, полосы на мягком черном фоне.
   - Неплохие, верно?
   - Неплохие... - Я задумался на минуту и вдруг спросил: - Может ли
  кто-нибудь сказать о времени, когда сделаны эти фото?
   - Именно поэтому я и привел вас сюда. Возьмите их в Гринвичскую об-
  серваторию, дайте точную широту и долготу этого дома, и вам ответят че-
  рез полминуты, кода они отсняты. Пожалуйста, заберите их с собой.
   - Не нужно, благодарю. - Я протянул снимки и улыбнулся. - Знаю, что
  потерял