йдет так далеко, что...
   - Хартнелл невиновен. В убийстве, во всяком случае. Кто-то вскрыл его
  сарай ночью, на это определенно указывают зазубрины на замке, если зна-
  ешь, где их увидеть.
   - Тогда почему ты снял...
   - Было две причины. Потому что на нашем острове есть такие полицейс-
  кие, которые крепко усвоили и уверовали в детское правило дважды два
  обязательно дает четыре. Такие не станут долго рассуждать и сразу пово-
  локут Хартнелла к ближайшему старому дубу. Глина, молоток, кусачки, ска-
  чущий под луной преступник - чертовски занятно, не правда ли?
   - Да. А может...
   - Ерунда.
   - Я назвал доктора Хартнелла лжецом, он недалек и всему верит. Ночью
  все кошки серы. Человек на мотороллере в пальто, шляпе и очках ночью по-
  хож на всякого другого в пальто, шляпе и очках. Но я просто не смекнул,
  как еще можно продвинуть расследование, а пугать их до смерти мне не хо-
  телось. Не говорить же ему, в самом деле, о безумце, выкравшем дьяволь-
  ский микроб из Мортона. Кроме всего прочего, я не желаю, чтобы Хартнелла
  тревожили.
   - Что ты имеешь в виду?
   - Точно еще и сам не знаю, - сознался я. - Хартнелл не способен и му-
  хи обидеть, но он все же замешан в чем-то серьезном.
   - На чем ты это основываешь? Сначала говорил, что он чист. Почему...
   - Повторяю, не знаю, - разозлился я. - Можешь считать это подозри-
  тельностью, можешь назвать работой интуиции, но я сам еще не могу в этом
  разобраться. Во всяком случае, это еще одна из причин, почему