е. Он поздоровался и ука-
  зал на стул. Я его не разбудил, а халат ничего не значил: Шеф постоянно
  ходил так дома.
   Шести футов ростом, соответствующей комплекции семидесятилетний ста-
  рик выглядел бодро - осанка спортивная, да и глаза моложавые. Они-то и
  скрадывали его возраст. Густые седые волосы и такие же седые, аккуратно
  подстриженные усы, карие глаза и самая светлая голова, которую я ког-
  да-либо встречал.
   - Итак, Кэвел, - деловито-резко, но совсем не по-военному сказал он,
  - хорошенькую кашу вы заварили.
   - Да, сэр. - Для меня он был единственным в мире, кто заслуживал об-
  ращения "сэр".
   - Один из моих лучших сотрудников Нейл Кландон мертв. Другой, тоже из
  лучших, Истон Дерри, значится без вести пропавшим, но, по всей видимос-
  ти, тоже мертв. Выдающийся ученый доктор Бакстер тоже мертв. Чья вина,
  Кэвел?
   - Моя. - Я взглянул на графин с виски. - Я мог бы выпить, сэр?
   - Не часто ты не можешь этого сделать, - язвительно сказал он и за-
  тем, немного смягчившись, спросил: - Нога-то пока действует?
   - Немного шевелится. Прошу прощения за столь поздний час, сэр. Но не-
  обходимость заставляет. Хотите, чтобы я рассказал эту историю?
   - Точно, кратко и сначала.
   - Харденджер появился в девять утра. Послал инспектора Мартина прове-
  рять мою лояльность, переодев его бог знает в кого. Полагаю, вы об этом
  знали. Могли бы предупредить меня.
   - Пытался, но опоздал, - нетерпеливо сказал он. - Сообщение о смерти
  Кландона пришло к генералу