в который
  был одет покойный, - это предположение, из которого все время
  исходил Энгель, оказалось ошибкой. Было куда проще взять
  только костюм.
   Нет! Тот, кто украл Чарли Броди, сделал это потому, что
  ему нужен был Чарли Броди. Или, вернее, его тело.
   Но на кой черт кому-то понадобилось тело Чарли Броди?
   Энгель заглянул в стакан и с удивлением обнаружил, что
  тот опять пуст. Он принялся исправлять положение, и в этот
  миг зазвонил телефон. Эл подошел к аппарату, с очередной
  порцией выпивки, поднял трубку и сказал:
   - Алло!
   - Алоиз, мне неловко тебя беспокоить, но я тебя надолго
  не задержу. Ты же знаешь, я бы ни за что не стала звонить, не
  будь это так важно.
   - В чем дело?
   - Я понимаю, сегодня вечером ты не сможешь прийти на
  обед, Алоиз, - сказала мать.- Но вот что мне хотелось
  спросить: может быть, завтра? Мне нужно знать, прежде чем
  идти по магазинам. Я бы не стала тебя беспокоить.
   - И ради этого ты звонишь?
   - Я не хочу отнимать твое...
   - Нет, я не приеду, - ответил Энгель и бросил трубку. Он
  постоял у аппарата еще минуту или две, размышляя о том, что
  рано или поздно ему все равно пришлось бы нагрубить матери.
  Это было неизбежно. Неизбежно. Рано или поздно. Рано или
  поздно.
   Зазвонил телефон.
   Лучше раньше.