что ни один человек не радуется, когда его вытаскивают
  из постели в половине пятого утра. Во-вторых - потому что
  Энгель принес ему отнюдь не радостные вести.
   Последние полтора часа были наполнены кипучей
  деятельностью. Выбравшись из проклятущего гроба и убив пять
  минут на тщетные поиски Вилли, Энгель заставил себя засыпать
  могилу, разровнять землю и замести все следы. Удирая, Вилли
  позабыл свою фляжку, и в ней еще оставалась унция или две
  жидкости. Помянув Вилли добрым словом, Энгель осушил флягу,
  захоронил ее, потом собрал орудия труда, завернул в одеяло,
  отыскал свою машину и поехал на Манхэттен, большей частью на
  первой передаче.
   Теперь машина стояла на площадке перед домом, где нельзя
  было парковаться, а сам Энгель сидел в библиотеке и ждал,
  пока телохранитель растрясет спящего Ника Ровито. Он нервно
  курил, размышляя о том, успел ли Вилли добежать до
  Калифорнии, и, главное, о том, куда занесло Чарли Броди.
   Открылась дверь, и вошел Ник Ровито в желтом атласном
  халате с инициалами владельца, вышитыми на кармане готической
  вязью.
   - Ну-с, и где пиджак? - спросил Ник Ровито. Энгель
  покачал головой.
   - Я его не достал, Ник. Все сорвалось. Вилли жив-здоров,
  а я без пиджака.
   - Неужели это Энгель? Дай-ка я посмотрю. на твою
  физиономию.