альными, не вызывает
  подозрений. Да и почему бы мне не посмеяться? Моя жена умерла семь лет
  назад, верно? В гробу от нее осталась лишь пыль, несколько волосков и
  кости! Так почему бы мне не посмеяться, а? Люди начинают подозревать
  неладное лишь после того, как человек вроде меня перестает смеяться.
   Я продолжал смеяться вместе с ними, хотя мышцы болели у меня всю
  осень и зиму. Я смеялся, хотя мне все время хотелось есть, - больше я
  не просил добавки ко второму, не ел перед сном, не пил пиво, избегал
  джина с тоником перед обедом. Зато в моем рационе было много мяса и
  овощи, овощи, овощи...
   На Рождество я купил себе тренировочный аппарат "Наутилус".
   Нет, это не совсем верно. Это Элизабет купила мне "Наутилус" на
  Рождество.
   Теперь я видел Додана не так часто; я был слишком занят своей
  физической подготовкой, терял вес, уменьшал пузо, накачивал мускулы на
  руках, груди и ногах. Бывали моменты, когда мне казалось, что
  продолжать это - выше моих сил, что восстановить былое физическое
  здоровье невозможно, что я не смогу жить без добавочной пищи, без
  кофейного торта и сливок к кофе. Когда мне становилось совсем плохо, я
  ставил машину рядом с одним из любимых ресторанов Додана или заходил в
  клуб, где он часто бывал, и ждал, когда он подъедет в своем
  серебристо-сером "кадиллаке" в сопровождении высокомерной ледяной
  блондинки или со смеющейся рыжеволосой