правлял экскаватором, и когда осенью вернулся в
  школу почти такой же черный, как сам Тинк, остальные учителя перестали
  надо мной смеяться. Иногда они искоса посматривали на меня, когда я
  проходил мимо, по больше не смеялись.
   У меня была своя причина. Именно так я объяснил свое желание
  работать на ремонте шоссе. Я провел это страшное лето не из-за
  каприза. Мне было необходимо снова обрести форму. Для того чтобы
  вырыть могилу для мужчины или женщины, не обязательно прибегать к
  таким решительным мерам, но я имел в виду не мужчину и не женщину.
   Я собирался похоронить этот проклятый "кадиллак". К апрелю
  следующего года я числился в списке получателей печатных материалов
  Дорожного управления штата Невада. Ежемесячно я получал бюллетень
  "Дорожные знаки Невады". Большинство материалов в нем я только
  просматривал: там речь шла о финансировании предстоящих работ по
  улучшению дорожной сети, о дорожном снаряжении, которое продавалось и
  покупалось, законах, принятых конгрессом штата и касающихся борьбы с
  эрозией и наступлением песчаных дюн. Больше всего меня интересовало
  то, что находилось на паре последних страниц бюллетеня. В этом
  разделе, именуемом "Графиком работ", перечислялись сроки и места
  проводимого ремонта на каждом участке. Особенно важной для меня была
  та его часть, которая называлась "Перпол" - перестилка полотна. Из
  опыта