ало. Моя наклонная
  траншея вытянулась на сорок футов. Этого должно было хватить.
   Я отогнал экскаватор на прежнее место и оставил там. Он мне еще
  понадобится, и для этого придется отлить дополнительное количество
  топлива, но сейчас на это времени не было. Мне был нужен эмпирии, а во
  флакончике его оставалось так мало - нужно, чтобы таблеток хватило на
  сегодняшний вечер.., и на завтра. О да, на завтра, на славный праздник
  независимости - Четвертое июля.
   Взамен эмпирина я передохнул минут пятнадцать. Я не мог позволить
  себе этого, но заставил себя. Растянувшись внутри фургона - мышцы мои
  при этом вздрагивали и дергались, - я думал о Долане.
   Сейчас он перед самым отъездом упаковывает вещи, кладет в свой
  кейс деловые бумаги, которые будет просматривать в пути, туалетные
  принадлежности, может быть, книгу или колоду карт.
   А вдруг на этот раз он решит лететь? - послышался внутри меня
  зловредный шепот, и я не смог удержаться - из губ моих вырвался стон.
  Никогда раньше он не летал в Лос-Анджелес - всегда пользовался
  "кадиллаком". Мне казалось, что он просто не любит летать. Правда,
  иногда ему приходилось путешествовать самолетом - однажды он летал в
  Лондон, - и мысль о том, что он может полететь, неотступно билась в
  моем мозгу, не покидая меня ни на мгновение, словно зуд.
  
   ***
  
   В воловине десятого я достал из фургона большой рулон брезента,
  аппарат,