ось видеть его. Я знал, как он выглядит.
  Зачем мне на него смотреть? Выяснить, одет ли он в сшитые на заказ
  джинсы и носит ли свой "Ролекс"?
   - Кто ты, приятель? - спросил он.
   - Я - никто, - ответил я. - Никто с вескими основаниями закопать
  тебя в могилу, где ты сейчас и находишься.
   И тут со странной, сверхъестественной проницательностью Долан
  спросил:
   - Тебя зовут Робинсон?
   Мне показалось, что кто-то со страшной силой ударил меня в живот.
  Он догадался неимоверно быстро, выловив из тысяч полузабытых фактов и
  лиц именно те, что требовались. Разве я не считал его хищником со
  всеми инстинктами животного? Но я не знал даже половины того, на что
  он способен, и это к лучшему, потому что в противном случае я не
  решился бы совершить то, что сделал.
   - Мое имя не имеет значения. Но ты ведь догадываешься, что сейчас
  произойдет с тобой, верно?
   Внутри "кадиллака" снова послышались ужасные булькающие вопли.
   - Вытащи меня отсюда, Джимми! Вытащи! Ради Бога! У меня сломаны
  ноги!
   - Заткнись, - повторил Долан и произнес, обращаясь теперь ко мне:
  - Я не слышу тебя, он так громко кричит.
   Я встал на четвереньки и наклонился над крышей автомобиля.
   - Я сказал, ты догадываешься, что сейчас...
   Внезапно в моем воображении промелькнул образ волка, одетого в
  костюм бабушки и говорящего Красной Шапочке: "Это чтобы лучше видеть
  тебя, милая.., подойди