торые мне
  удалось каким-то образом высказать, казались совершенно неуместными и даже
  бессмысленными.
   - Что мне говорить этому воображаемому его герою? "Доброе утро! С
  какими сегодня затруднениями вы столкнулись?" Представиться мне или нет?
   - Только скажи, что тебя зовут Пит Парнелл, а дальше придется
  импровизировать, играть роль, как говорят, с чистого листа, - сказал Стив.
  - Ты сам поймешь, что я имею в виду, когда очутишься там.
   Хорошенькое дело - где это "там" я должен очутиться? Меня вдруг
  поразила до глубины души сама мысль о путешествии в святая святых
  душевнобольного человека. От этого желудок мой сократился до размеров
  боксерской перчатки.
   - А как надлежит одеться, готовясь к подобному визиту? В вечерний
  парадный костюм? - спросил я.
   Во всяком случае, как мне кажется, я именно так выразился. Но голос
  мой даже мне самому показался каким-то совсем чужим.
   - Одевайся как тебе вздумается.
   - Ха-ха! И откуда мне знать, когда настанет пора закруглять свое
  присутствие на этом незванном ужине?
   Стив обошел обе кровати и теперь склонился надо мною.
   - Если тебе не удастся высвободить Красвелла из этого состояния в
  течение часа, я выключу подачу электрического тока.
   Он отошел на несколько шагов и стал рядом с машиной.
   - Приятных сновидений.
   Я только тягостно застонал.
  
  
   Было очень жарко. Как будто два знойных лета в самом разгаре слились
  воедино. Это два солнца сошлись на одном