улся.
   Вам, наверное, знакомо состояние полудремы, зыбкая грань, отделяющая
  сон от бодрствования, которая, однако, все же еще позволяет до некоторой
  степени обуздывать собственное воображение? Именно так я себя чувствовал в
  эти первые мгновенья. Теперь я понимал, что имел в виду Стив, когда
  сказал, что мне придется играть роль с листа. Случайно я опустил взор и
  увидел самого себя... Твидовый костюм, грубые башмаки - ничем не
  примечательная одежда. Именно так я был одет, когда в последний раз глядел
  на себя в зеркале. У меня не было причин переодеваться во что-нибудь иное.
  Именно поэтому у меня будто мороз пробежал по коже несмотря на зной,
  созданный воображением Маршэма Красвелла. И причиной тому было нечто,
  взятое скорее из экипировки представшего передо мной гладиатора.
  Великолепные сандалии! Мои ноги были обуты в сандалии.
   Но тут я рассмеялся. Я едва не совершил роковую ошибку, воспринимая
  себя через призму воображения моего визави!
   - Ты не против, если я выключу одно из этих солнц? - вежливо спросил
  я. - Здесь, пожалуй, жарковато.
   И бросил в сторону одного из солнц очень даже свирепый взгляд. Оно
  тотчас же исчезло.
   Гладиатор поднял меч.
   - Ты Гарор! - вскричал он. - Но все твое волшебство не поможет тебе
  против Меча!
   Он бросился вперед. Сверкающее лезвие рассекло воздух у самого моего
  черепа. Мысли мои завертелись с бешеной быстротой.
   Раздался лязг металла, лезвие меча скользнуло по армейского