ерти.
   -- Нет-нет, второе слово. ГПП.
   -- Ах, это? ГПП значит Граждане против преступности. Ты о них слышал.
   -- Слышал?
   -- Одна из этих шаек реформаторов, -- презрительно процедила Герти. --
  Про них то и дело пишут в газетах.
   -- Я поначалу не врубился, -- объяснил я. -- Как вы сказали?
   -- Г-П-П.
   -- Ага, теперь понятно.
   -- Схватываешь на лету, -- не слишком убедительно похвалила меня Герти.
   -- А что дядя Мэтт делал для этих... ГПП? -- спросил я.
   -- Рассказывал, как действуют мошенники, как продавцы дурят покупателей
  в магазинах. Ну, все такое.
   -- Ага. Стало быть, он не сидел на зарплате?
   -- Нет. Мэтт ушел на покой. Иногда поигрывал в картишки со мной или с
  лифтером, но только чтобы не терять ловкости рук. Однако последние года два
  они так тряслись, что Мэтт не мог сдавать даже вторые карты.
   -- Сдавать вторые карты?
   -- Вторая карта вместо верхней, -- объяснила Герти. -- Когда Мэтт был
  здоров и в расцвете сил, он мог всю ночь напролет сдавать тебе пятую карту
  сверху, и ты даже не услышал бы шелеста.
   -- Пятую карту сверху?
   -- Да ты и сам, небось, знаешь, -- сказала она, и тут в дверь
  позвонили. Мы с Герти переглянулись, и она добавила: -- Не суетись и не
  шуми.
   -- Не буду, -- пообещал я.
   На одной стене, довольно высоко, висели белые электронные кухоные часы,
  какие можно получить в качестве приза за раздачу талонов на