-- Итак, что мы имеем: старик,
  умирающий от рака, резвый, как вареная лапша, и тем не менее, он...
   -- Умирающий? -- переспросил я.
   -- Ну не странно ли? -- рассудил Ральф. -- Одной ногой стоит в могиле,
  а другой, как гласит пословица, на банановой кожуре. И тем не менее, кто-то
  торопится спровадить его на тот свет.
   -- Я об этом не знал, -- сказал я.
   -- Еще одно обстоятельство, которое можно назвать странным, -- сказал
  Стив. -- Зачем мочить человека, который со дня на день и сам загнется? Не
  говоря уже о Герти, как сказал Ральф.
   -- Неужто он и впрямь был так близок к смерти? -- спросил я. -- И ему
  оставались считаные дни?
   -- Уж лет пять, как ему "оставались считаные дни", -- сообщил мне
  Ральф. -- Так говорит его врач. Мэтт Грирсон был в Бразилии, узнал, что
  болен раком, и вернулся домой, чтобы умереть здесь.
   -- Не говоря уже о Герти, -- снова завел Стив. -- Хотя, полагаю, сейчас
  самое время поговорить о Герти.
   -- А чего о ней говорить? -- спросил я.
   -- Ну и сиделку выбрал себе ваш дядюшка, -- сказал Стив. --
  Божественная душечка Герти с мирскими телесами.
   -- Она действительно исполняла стриптиз? -- спросил я, чем немало
  удивил Стива.
   -- Разумеется, -- ответил он. -- Я своими глазами видел ее пляски в
  Пассеике несколько лет назад. И, если вас интересует мое мнение, она и
  поныне сохранила былой задор.
   -- Стив воспылал