овью к Герти, как только нам поручили это дело, --
  уведомил меня Ральф.
   -- Гораздо раньше, -- уточнил Стив. -- Еще в былые времена, когда она
  выступала. Ну, да не в этом дело. А в том, что старый деревенский мужлан,
  неизлечимо больной раком, выбрал Герти себе в сиделки. Потом его мочат, и
  все добро получает племянник, а когда мы приходим к нему потолковать, тут
  сидит все та же Герти. Еще одно странное обстоятельство. Во всяком случае, у
  нас в участке это расценили бы именно так.
   -- Давно ли вы знаете Герти, Фред? -- спросил Ральф.
   Мне вдруг захотелось обратиться к нему просто по имени, и я едва не
  сделал этого. Я хотел начать свой ответ с "Ральфа", сдобрить его "Ральфами",
  где надо и не надо, и завершить тоже "Ральфом", причем ответ этот должен был
  включать в себя только слова, из букв которых можно составить имя Ральф. Но
  я -- трус, и поэтому ни разу не назвал Ральфа Ральфом, а просто сказал:
   -- Мы познакомились только сегодня. Она поджидала меня здесь, когда я
  вернулся от стряпчего.
   Ральф и Стив слаженно захлопали глазами. Стив спросил:
   -- То есть, она попросту вошла сюда? И прежде вы ее не видели?
   -- Позвольте кое-что вам показать, -- сказал я, поднимаясь на ноги.
   -- С удовольствием посмотрю, -- ответил Стив. -- И Ральф тоже.
   -- С большим удовольствием, -- уточнил Ральф.
   Я подошел к письменному столу, достал из прорези для бумаг
  рекомендательное