ном шкафу моей квартиры притаился головорез.
   Нет, надо найти моего дружка Райли, и пусть он сам расскажет все другим
  полицейским. Я снова позвонил ему домой, надеясь на чудо, но ответа
  по-прежнему не было. Не получив утешения, я вернулся в свое кресло и
  предпринял еще одну неудачную попытку почитать "Таймс".
   До половины девятого я звонил Райли через каждые пять минут, но так и
  не застал его. А в половине девятого вспомнил о девице, которая приставала
  ко мне в парке на Мэдисон-сквер, предупреждала меня об опасности и заявляла,
  будто бы она на моей стороне. Тогда я не поверил ни одному из ее
  утверждений, но теперь, похоже, выяснилось, что хотя бы первая половина речи
  той девицы была в ладах с правдой жизни. Думается, она имела основания
  сказать, что я в опасности, коль скоро кто-то стреляет в меня пулями.
   А может, и вторая часть ее речи тоже соответствует действительности?
  Может, девица и впрямь на моей стороне? Может, она скажет, кто и зачем
  стреляет в меня?
   В девять часов. По словам девицы, именно в девять часов мы должны
  встретиться у нее дома. Западная семьдесят восьмая, номер сто шестьдесят.
  Оказывается, вопреки желанию, я все же запомнил адрес.
   Идти или не ходить? Если идти, надо отправляться без промедления,
  потому что, вполне возможно, опоздание лишит мой поход всякого смысла. Но
  мне очень, очень не хотелось тащиться туда в одиночку,