гиона. Годится?
   - Да.
   - Мне тоже, но немного некрасиво.
   - Ничего нет некрасивого в том, чтобы держать твою жену подальше
  от летучих мышей. Я же тебя не в сауну приглашаю, брат.
   - Надо полагать. Так что говори.
   - Ладно. Наверное, лучше начать с того, как ты привык курить.
   Из музыкального автомата, который несколько минут молчал, вдруг
  послышалась нудная аранжировка знаменитой песни Билли Рей Сайруса
  "Разбитое сердце саднит". Пирсон удивленно уставился на Дьюка
  Райнемана и открыл было рот, чтобы спросить, какое отношение имеет его
  курение к ценам на кофе в Сан-Диего. Но не произнес ни звука. Ни
  одного.
   - Ты бросил... потом снова начал... но понимал, что если не
  будешь соблюдать осторожность, то через пару месяцев опять будешь
  тянуть по две пачки в день, - начал Дьюк.
   - Так?
   - Да, но я не вижу...
   - Увидишь. - Дьюк достал платок и вытер лоб. Когда Дьюк вернулся,
  поговорив по телефону, Пирсону показалось, что он весь пылает от
  возбуждения. Да, но было и кое-что еще: он был страшно напуган.
   - Просто поверь мне.
   - Ладно.
   - Как бы там ни было, ты приспособился. Можно это назвать "модус
  вивенди". Бросить ты не мог, но оказалось, что это еще не конец света:
  это вовсе не кокаин и не алкоголь, когда надо все время наращивать
  дозу. Курение - очень противная привычка, но есть масса промежуточных
  состояний между тремя пачками