ову ему не отстрелили. Пятеро солдат, став цепью
  метрах в десяти от него, направили автоматы в сторону входной
  двери. Мечтают пристрелить, как кроликов, подумал Смит.
   Его внимание привлек пустой грузовик, стоящий рядом со
  зданием - свет его фар и помог Смиту отыскать окно, в которое
  он сейчас глядел. Рассчитывая на то, что грузовик сделан по
  обычному типу, майор выдернул чеку, сосчитал до трех, швырнул
  ее под задние колеса и прижался к стене умывальной.
   Два взрыва - гранаты и бензобака - раздались почти
  одновременно. На голову Смиту посыпались осколки разбитого
  стекла; в барабанные перепонки ударило взрывной волной. Смит не
  сделал никакой попытки узнать масштабы причиненных им
  разрушений - и менее всего из-за недостатка времени. Просто
  потому, что высунуть голову из окна в ярком зареве горящего
  грузовика значило бы совершить самоубийство. К тому же ветер
  погнал языки огня прямо на помещение, в котором они находились.
  Смит на четвереньках прополз через умывальную комнату и
  поднялся на ноги только в раздевалке.
   Шэффер, держа в руке отмычку, вставленную в замок, при
  виде Смита тотчас приоткрыл дверь.
   - В горы, босс? - осведомился он.
   - В горы.
   Железнодорожные пути, как и следовало ожидать, оказались
  безлюдны - все бросились к грузовику. Смит и Шэффер добежали до
  грузовика и