рованы, капитан Шмидт, -
  сухо заметил Крамер.
   - Смит. Я привык к этому имени. Свяжитесь по радио со
  штаб-квартирой фельдмаршала Кессельринга в Северной Италии и
  попросите шефа военной разведки.
   - Нашего общего друга? - негромко уточнил Крамер.
   - Старого однокашника по Гейдельбергскому университету, -
  подтвердил Смит, - полковника Вильгельма Вильнера. - Он
  улыбнулся. - Вилли-Вилли.
   - Вы и это знаете? Тогда нет необходимости запрашивать.
   - Думаю, что адмирал Канарис одобрил бы такой шаг.
   - Вы и с моим шефом знакомы?
   - Тщеславие подсказывает мне сейчас ответ "да", но
  скромность и любовь к истине диктуют ответить "нет", - сказал
  Смит с обезоруживающей откровенностью. - Я просто работаю на
  него.
   - Мои сомнения развеяны без остатка, - объявил Роземейер,
  - но все же сделайте так, как говорит этот человек.
   Крамер выполнил распоряжение. Сделал вызов по телефону в
  радиорубку и стал терпеливо ждать ответа. Смит расположился в
  кресле с бокалом коньяка и сигарой, являя собой картину
  безмятежного покоя. За их спинами бдительно нес вахту страж,
  которому, судя по всему, не терпелось продемонстрировать
  мастерство владения дубинкой. Мысли, роившиеся в головах
  Роземейера и Крамера - если они в самом деле там роились, -
  внешне никак не проявлялись. Анна-Мария, не вполне понимая,