ось, но на таком небольшом
  расстоянии этого и не требовалось. Первая пуля сорвала погон с
  левого плеча Смита, вторая царапнула плечо, содрав кожу,
  хорошо, что остальные просвистели мимо головы. Смит рухнул на
  крышу. сжавшись в комок за основанием скобы. Но Каррачола
  твердо решил довести дело до конца. У него оставалось совсем
  немного патронов, и он решил не расходовать их впустую. С
  помощью Томаса и Кристиансена он не без труда вылез на крышу.
  Ноги его повисли над пропастью. Самоубийственный шаг, подумал
  Смит. Каррачола сделал роковую ошибку: ни руками не за что
  ухватиться, ни ногами зацепиться - при первом же толчке он
  полетит вниз. Но Смит рано радовался. Пальцы Каррачолы нащупали
  в крыше прорезь, проделанную автоматной очередью, - он
  подтянулся вперед и стал на колени.
   Смит раненой рукой искал в сумке гранату, стараясь как
  можно дальше отползти назад - на таком расстоянии граната
  была для него не менее опасна, чем для Каррачолы. Ноги его
  повисли над краем вагончика, и вдруг он вскрикнул от резкой
  боли. Смит повернул голову назад, но в мутном свете луны не
  смог увидеть ничего, кроме пары рук, ломавших его голени.
  Смит посмотрел вперед - Каррачола не шевелился. Вагончик
  находился как раз посередине между верхней станцией и опорой.
  Амплитуда раскачки была здесь особенно велика, и