агончика, ходил ходуном. Но, обернувшись
  он увидел несущуюся на него поперечную балку ни жней опоры.
  Силы покинули его, изо рта вырвался крик ужаса. Суставы рук, до
  боли сжавшие ледяной трос, побелели как полированная слоновая
  кость. А потом раздался долгий крик, затихший в ночной тьме
  Приближаясь к верхней станции, Смит подался вперед, пытаясь
  разглядеть, что делается в замке. Ему было не видно
  восточного крыла Шлосс Адлера, но судя по клубам густого дыма,
  заполнившего долину пожар не утихал. Луна опять скрылась за
  облаками, Но на этот раз это было, с одной стороны, им на руку,
  а с другой - могло помешать. В темноте незаметнее были клубы
  дыма, зато ярче казался огонь. Теперь дорога была каждая
  минута, пока в долине - в деревне или в казармах - не увидят
  пожар. Впрочем, внимание может привлечь не только огонь, но и
  раздававшиеся в замке взрывы, которых оказалось что-то
  многовато; вряд ли все они были на совести Шэффера.
   Крыша вагончика достигла уровня верхней станции и Смит со
  вздохом облегчения увидел у входа фигуру Это был Шэффер. Весьма
  потрепанный Шэффер, это верно, едва держащийся на ногах, Шэффер
  с кровавой маской вместо лица, Шэффер, которому, при всем
  старании, никак не удавалось сосредоточить свой взгляд И все же
  это был Шэффер, несомненно он. Смит по чувствовал внезапный
  прилив энергии. Он