ержанта Хэррода.
   - Он что, потерял ее? Выронил? - Она от удивления
  остановилась. - Это же опасно...
   - Не выронил. Она у него в кителе, - мрачно ответил Смит.
  - Он тут, наверху. Мертвый.
   - Мертвый? - Она замерла, потом схватила его за руки. И
  повторила: - Он мертв. Этот милый человек. Я слышала, как он
  сказал, что ни разу в жизни не прыгал с парашютом. Неудачно
  приземлился?
   - Похоже, что так.
   Они молча подобрали ее вещи, и Смит понес их к краю
  обрыва. Мэри спросила:
   - А что же теперь? Где книжка?
   - Погоди минутку. Надо понаблюдать за веревкой.
   - Зачем?
   - Надо.
   - Ладно, можешь не говорить, я ведь всего лишь
  несмышленая девчонка. А ты знаешь, что делаешь.
   - Хорошо бы так.
   Они молча постояли, сосредоточенно глядя на веревку, как
  будто здесь, на высоте две тысячи метров, в этой веревке
  таился какой-то скрытый смысл. Смит дважды попытался зажечь
  сигарету, но снег тут же гасил ее. Шли минуты: три, может быть,
  четыре, им казалось, что прошло тридцать или сорок. Он
  чувствовал, как стоящая рядом девушка сильно дрожит - он понял,
  что она изо всех сил стискивает зубы, чтобы они не стучали, и
  постарался защитить ее от ветра. Он и сам закоченел. Смит уже
  собрался уходить, когда веревка сильно дернулась и второй
  вбитый им крюк вырвало из гнезда.