быть, сельдь в бочку набивают и поплотнее, но в
  "Диком олене" тоже яблоку было некуда упасть. Смиту еще не
  доводилось видеть такой тесноты. Тут было не меньше четырех
  сотен человек. С удобством разместить такую прорву народа можно
  было бы разве что в помещении величиной со средних размеров
  вокзал, но никак не в деревенском кабачке. Хотя он был и не
  маленький. Зато очень ветхий.
   Пол из сосновых досок заметно подгнил, стены покосились,
  а массивные закопченные потолочные балки, казалось, вот-вот
  рухнут. В центре зала стояла громадная черная печь, которую
  топили дровами с такой щедростью, что железная крышка
  раскалилась докрана. Прямо из-под нее торчали двухдюймовые
  трубы, тянувшиеся вдоль стен - примитивный, но очень
  эффективный вариант центрального отопления. Зал был уставлен
  темными дубовыми скамьями с высокими спинками, так что он как
  бы разделялся на отсеки.
   Там же разместилось десятка два столов с резными
  деревянными столешницами толщиной дюйма в три. Стулья были им
  под стать. Заднюю стену занимал массивный дубовый бар с
  кофеваркой. За ним виднелась дверь, которая, очевидно, вела на
  кухню. Скудное освещение обеспечивалось подвешенными к потолку
  закопченными масляными лампами.
   Смит переключил внимание с интерьера на гостей. Как и
  следовало ожидать, клиентура состояла из