вати, похлопывая
  себя по бокам в попытке согреться и без особого восхищения
  посмотрела на Смита.
   - Представляю, как тебя забавляет эта игра, - грустно
  сказала она. - Ты тут в своей стихии.
   - Инстинкт, - объяснил Смит.
   Он склонился над плохо горевшей масляной лампой у
  кровати, прибавил свет и, окинув глазами комнату, взял в углу
  потрепанный кожаный саквояж, бросил его на кровать и раскрыл.
  Там лежала женская одежда. Он обхватил Мэри за плечи и заставил
  встать.
   - Не тяни время. Снимай свои шмотки. Все до нитки. И
  переодевайся. Здесь все, что нужно. Мэри смотрела, не
  понимая.
   - Переодеваться в это? Какого черта?
   - Не спорь. Быстро!
   - Ладно, - сдалась она. - Отвернись по крайней мере.
   - Не волнуйся, - примирительно сказал Смит. - У меня
  совсем другое на уме.
   Он подошел к окну, постоял, глядя в щель между ситцевыми
  занавесками и снова заговорил.
   - Поторапливайся. Ты явишься как будто с автобусом из
  Штайнгадена, который прибывает через 20 минут. С этим
  саквояжем. Там остальная одежда. Зовут тебя Мария Шенк, ты из
  Дюссельдорфа, кузина девушки, которая здесь работает. У тебя
  туберкулез. поэтому ты вынуждена была оставить работу на
  фабрике и для поправки здоровья приехала в горы. Кузина
  помогла тебе устроиться на работу в Шлосс Адлере. Здесь