н
  охотно согласился, и в ответ предложил мне тихо посидеть у него дома, пока
  жена на курсах, а дочка в школе. Спустя полчаса мы сидели в его съемной
  квартире с видом на далекое море, сосали коньячок под копченую свинку и с
  удовольсвием вели обычный мужской разговор "за жизнь". Федотыч мне нравился
  все больше и больше. Судя по-всему - и я ему был не отвратителен. Спустя
  несколько стопариков разговор стал более откровенным, и Федотыч поведал мне,
  что деньги он в своей мастерской зарабатывает хорошие - уже скопил на
  квартиру и приобрел хорошую тачку. Но кайфа никакого от работы той нет.
  Телики да видики - сплошная рутина. Усилок мой его на короткое время
  развлек. А завтра - опять барахло починять. Скучно. В местные электронные
  фирмы, особенно военные, ему ходу нет. Во-первых, языкам он не обучен. Иврит
  не пошел, а английский - как у многих "совков" нашего поколения - только
  читать, да и то - со словарем. Во-вторых (и это оказалось самым
  существенным!), в Израиле Федотыч столкнулся с хорошо известной его семье по
  Совку проблемой пятого пункта. Его "некошерное" происхождение нешуточно
  мешало допуску к серьезным оборонным проектам, участвовать в которых он был
  бы счастлив. Он уже прикидывал начать сборы в новую Землю Обетованную -
  Канаду, но жена заупрямилась - хочет врачевать. А в Канаде с русским
  дипломом пробиться еще труднее, чем в Израиле. В результате - сидение в
  мастерской продолжалось. А неудовлетворенность собой росла.
  
   Я слушал его