ле века распадающиеся подгнившие
  центрально-европейские империи, по своим политическим убеждениям был близок
  к коммунистам. После провала первой попытки коммунистического переворота в
  Венгрии, волна антибольшевистских репрессий, как и повсюду, в силу
  всегдашней особой вовлеченности лиц еврейской национальности в мировое
  переустройство, несла на себе мутную пену антисемитизма. Проще говоря, в
  Венгрии начались погромы. И семья Нопфлеров вынуждена была бежать.
  Воодушевленный красными флагами и идеей всеобщего равенства в бедности,
  Иштван побежал на восток - в большевистскую Россию. Работал на тракторном
  заводе в Харькове, учился на рабфаке в Москве; где, с детства владея
  венгерским и немецким, а затем - русским, показал недюжинные способности и к
  восточным языкам. Которыми он овладел во-множестве и совершенстве. Понятное
  дело, пролетарской революции такие люди были нужны не только (и не столько)
  для ведения торговых переговоров. Не удивительно, что, спустя несколько лет
  специальной подготовки, Иштван Нопфлер стал разъездным агентом Коминтерна, а
  затем - агентом-нелегалом НКВД в Китае. Еще в Москве, в Рабочем
  Университете, Иштван познакомился с очаровательной черновицкой еврейкой
  Ханой. Впрочем, в профсоюзном билете она была записана Анной. Перед отъездом
  в Китай молодые сыграли комсомольскую свадьбу. А через несколько месяцев
  немногочисленная еврейская община Шанхая приняла в свои ряды новых членов -
  семью торгового представителя нескольких