делу подняли его почти на верхнюю ступень должностной
  лестницы. Если бы пост президента корпорации оказался вакантным, он бы
  занял его. Но четыре года назад жена и трое детей Берка погибли во время
  пожара, случившегося на даче в Саутгемптоне, пока он нежился с любовницей
  на Багамах. Никто не мог себе представить, как тяжело Берк будет
  переживать эту трагедию. Воспитанный как благочестивый католик, он никак
  не мог отделаться от чувства вины. Погруженный в мрачные раздумья, он
  порвал почти со всеми друзьями. Вечера проводил дома, мысленно рисуя
  агонию жены и детей, заживо горящих в огне. Эти бдения походили на фильм,
  который он снова и снова прокручивал в уме. В смерти семьи винил только
  себя. Если бы он был дома, то смог бы всех спасти. Эта мысль не покидала
  его ни на секунду. Он - монстр! Господь это знает. И окружающие тоже! Они
  должны ненавидеть его так же, как он ненавидит себя. Люди улыбаются ему,
  притворяясь, будто сочувствуют, а сами только и ждут, когда он споткнется,
  разоблачит себя, понесет заслуженную кару. Но его не проведешь! Он
  перестал ходить в столовую для руководящего состава, обедал один в своем
  кабинете. По возможности всех избегал.
   Два года назад, когда встал вопрос о новом президенте корпорации,
  Хэррисона Берка обошли, взяли человека со стороны. Через год открылась
  вакансия исполнительного