ал. Я уставился в пол и не осмелился поднять глаза.
   - Пойдемте, - тихо сказал Ройял. Я допил виски и встал. Тяжелая дверь
  библиотеки открывалась наружу в коридор. Ройял, в руке у которого был
  пистолет, отступил в сторону, пропуская меня.
   Видимо, Ройял чего-то не додумал. А может быть, его обманула моя хро-
  мота. Люди довольно часто думали, что хромота замедляет мои движения, но
  они ошибались.
   Валентине куда-то исчез. Я вышел в коридор, замедлил шаг и, держась
  ближе к стене, зашел за дверь, словно дожидаясь, когда подойдет Ройял и
  покажет мне, куда идти дальше. Потом резко повернулся и ударил правой
  ногой в дверь с такой быстротой и силой, на которые только был способен.
   Ройял оказался зажатым между дверью и стеной. Если бы была зажата его
  голова, это означало бы конец представления. Но в щели были зажаты его
  плечи. Этого было вполне достаточно, чтобы он взвыл от боли и пистолет
  выпал из его руки, отскочив метра на два, в коридор. Я бросился за пис-
  толетом, схватил его за ствол, перевернулся. Но, еще не успев разогнуть-
  ся, услышал за спиной чьи-то быстрые шаги. Рукоятка пистолета угодила
  нырнувшему вниз Ройялу в лицо, я не знал, куда именно ударил его, но су-
  дя по звуку, удар был такой, словно двухкилограммовый топор врезался в
  ствол сосны. Он потерял сознание, прежде чем успел ударить меня. И
  все-таки Ройял помешал мне: топор не может остановить падение срубленной
  сосны. Для того, чтобы столкнуть его и перехватить пистолет за рукоятку,
  потребовалось