не слишком тихо он сказал:
   - Как только будешь готов, вставай, дружок. Будем считать, что это
  просто предупреждение, и не пытайся выкинуть какие-нибудь фокусы, подоб-
  ные тому, который ты попробовал выкинуть с Ройялом. Стоит тебе только
  пошевелить пальцем, можешь считать, что на твою голову обрушится небоск-
  реб "Крайслер Империал".
   Я не пошевелил пальцем. Не пошевелил пальцем и Яблонский. Мы усиленно
  прислушивались к тишине. И тишина в коридоре не была нерушимой. Из кори-
  дора слышались плоскостопные шаги и затрудненное свистящее аденоидное
  дыхание дворецкого, с трудом вырывающееся из его перебитого носа. Дво-
  рецкому поручили совсем не подходящую для него роль последнего из моги-
  кан, и он находился в пяти-шести метрах от нас, но вскоре толстый ковер
  поглотил последние отзвуки его шагов, которым вторило поскрипывание по-
  ла.
   Яблонский вытащил ключ, тихо отомкнул наручники и положил их в кар-
  ман, затем так сильно потряс мне руку, будто хотел сломать все до едино-
  го пальца. По крайней мере, у меня было такое ощущение. Но несмотря на
  это, я улыбался во весь рост с таким же удовольствием, с каким улыбался
  мне в ответ Яблонский. Мы закурили и молча стали тщательно, как зубной
  щеткой, прочесывать обе комнаты в поисках потайных микрофонов и подслу-
  шивающих устройств. Комната была нашпигована ими до отказа.
   Ровно через 24 часа я влез в пустой спортивный автомобиль. В замке
  зажигания торчал ключ. Автомобиль стоял в трехстах метрах от входа в дом
  генерала.