ого масла? Если бы пистолет был не заряжен, вы набросились бы на ме-
  ня и раздавили бы, как экспресс из Чаттануги.
   Я оглядел комнату. Неплохое местечко для любого мужчины, не перегру-
  женное обстановкой, но комфортабельное. Хороший ковер, хотя ему далеко
  до ковра ручной работы в библиотеке генерала, пара кресел, стол с по-
  верхностью из дамасской стали, кушетка и буфет со стеклянной дверцей. Я
  подошел к буфету, открыл дверцу, вытащив бутылку виски и пару стаканов,
  взглянул на Кеннеди.
   - С вашего разрешения.
   - Странный вы человек, - холодно отозвался Кеннеди.
   Его холодный тон не остановил меня, и я налил в один из стаканов вис-
  ки. Большую порцию. Мне это было необходимо. По вкусу оно было таким,
  каким ему и полагалось быть, хотя виски соответствующего качества попа-
  дается довольно редко. Я наблюдал за Кеннеди, а он - за мной.
   - Кто вы, дружище? - спросил он.
   Дело в том, что в пределах его видимости было не более двух сантимет-
  ров моего лица. Я опустил воротник дождевика и снял превратившуюся в
  тряпку шляпу. Мокрые волосы прилипли к голове, но от этого они, вероят-
  но, не казались менее рыжими, чем сухие. Рот Кеннеди сжался в узкую ли-
  нию. По выражению его глаз я понял, что он узнал меня. - Тальбот, - мед-
  ленно проговорил он. - Джон Тальбот. Убийца.
   - Вы правы, - согласился я. - Убийца.
   Он сидел, не двигаясь, и наблюдал за мной. Скорее всего, в голове его
  пронесся рой самых разнообразных мыслей, но ни одна из них не нашла от-
  ражения на лице