друзей. Не тревожьтесь, Кеннеди, на моей
  стороне законы всех стран и народов. Участвуя в этом деле, я не пресле-
  дую никаких личных интересов. Мы должны были подключить к этой операции
  дочь генерала, чтобы заставить его проглотить наживку. Она, конечно, не
  в курсе истинной стороны дела. Судья Моллисон находится в дружеских от-
  ношениях с семьей генерала, и мне удалось убедить его пригласить Мэри на
  обед. Но перед обедом она должна была заехать в суд и подождать, пока он
  окончит рассмотрение последнего дела.
   - Неужели и судья Моллисон тоже занимается этим делом?
   - Да. У вас здесь есть телефон и телефонный справочник. Может, хотите
  позвонить ему? Он покачал головой.
   - Моллисон знает. Он и еще дюжина копов в курсе дела. Со всех взята
  подписка о неразглашении. Все они знают: одно лишнее слово, один невер-
  ный шаг - и работы не оберешься. Единственный человек, не являющийся
  представителем закона, которому кое-что известно, - хирург, который яко-
  бы оперировал Доннели и затем подписал свидетельство о его смерти. Хи-
  рург - человек с преувеличенным представлением о профессиональной чести,
  но в конце концов мне удалось уговорить его пойти на обман.
   - Значит, все это подстроено, - пробормотал Кеннеди. Неужели и Молли-
  сон стал жертвой этой чудовищной фальсификации? Неужели и он участвовал
  в этом?
   - Все участвовали. Так и должно быть. Фальшивые отчеты из Интерпола и
  с Кубы с полным прикрытием стоящих за этим официальных лиц, служащих в
  полиции, холостые патроны в