удар, и осторожно высу-
  нул голову за дверь.
   Коридор слабо освещала одна-единственная лампа ночного света, находя-
  щаяся в дальнем конце длинного коридора, но света было достаточно для
  того, чтобы разглядеть, что у стоящего в коридоре человека не было в ру-
  ках пистолета. Света было достаточно, и я разглядел: это не Ройял, а Мэ-
  ри Рутвен. Я опустил руку с бутылкой и бесшумно вернулся в свою комнату.
   Через пять секунд я уже стоял у двери комнаты Яблонского. Стараясь
  как можно лучше имитировать его глубокий хрипловатый голос, спросил:
   - Кто там?
   - Мэри Рутвен. Впустите меня. Скорее. Прошу вас! Я впустил ее, не те-
  ряя времени. Я так же, как и она, не хотел, чтобы ее увидели стоящей пе-
  ред дверью в коридоре, я стоял за дверью, которая скрывала меня от ее
  глаз. Она стремительно вошла в комнату и быстро захлопнула за собой
  дверь. Комната снова погрузилась в темноту, и Мэри не успела разглядеть
  меня.
   - Мистер Яблонский, - она говорила торопливо и взволнованно, едва
  уловимым прерывающимся от страха шепотом. - Я вынуждена была прийти и
  поговорить с вами. Просто вынуждена... Думала, что мне так и не удастся
  вырваться, но, к счастью, Гюнтер уснул, правда, он каждую минуту может
  проснуться и обнаружить, что я...
   - Успокойтесь, успокойтесь, - сказал я. Приходилось говорить шепотом:
  так было легче имитировать голос Яблонского, и все же, несмотря на то,
  что я говорил шепотом, это была самая неудачная имитация из всех, кото-
  рые мне когда-либо доводилось