ючиться к нашему разговору или позвонить
  копам по другому телефону, чтобы просить их установить, откуда я звоню.
  Ровно через две минуты нас здесь не будет. Что мне ответите? Только, по-
  жалуйста, побыстрее.
   Воцарилась еще одна короткая пауза. Потом Яблонский добродушно расс-
  меялся.
   - Вы говорите, что я угрожаю вам, генерал? Шантажирую, генерал? Назы-
  ваете это киднепингом, генерал? Не будьте таким наивным человеком, гене-
  рал. Закона, который запретил бы бежать от опасного убийцы, не существу-
  ет. Даже если этот преступник и убийца совершил киднепинг и держит вашу
  дочь в качестве заложницы. Я просто уйду и оставлю их вдвоем. Вы что -
  решили поторговаться за жизнь дочери, генерал? Неужели и вправду считае-
  те, что дочь не стоит 1/50 доли процента вашего состояния? Неужели эта
  цена слишком высока для любящего отца? Да, она здесь и слышит весь наш
  разговор, генерал. Интересно, что она подумает о вас, генерал? Неужели
  вы готовы пожертвовать жизнью дочери ради пуговицы от старого ботинка?
  Ведь для вас сумма в 50 тысяч баксов - такая мелочь, о которой и гово-
  рить-то нечего. Да, конечно, вы можете поговорить с ней, он кивком по-
  дозвал девушку. Она подбежала к телефону и выхватила у Яблонского труб-
  ку.
   - Папа? Папа! Да, да, это я, конечно, это я. О, папа, я никогда не
  думала...
   - Поговорили и хватит, - Яблонский закрыл своей большой квадратной,
  коричневой от загара рукой микрофон и отобрал у девушки трубку.
   - Вы удовлетворены, генерал Блер? Статья,