держал девушку за руку, а его маузер находился в метре от моей
  спины. Я не видел маузера, но мне это было ни к чему: я знал, что писто-
  лет нацелен мне в спину.
   Наступила ночь. С северо-запада подул резкий морской ветер, доносящий
  запах водорослей. Холодные, тяжелые капли дождя, разлетаясь на мириады
  брызг, громко застучали по шелестящим, сгибающимся под их тяжестью
  листьями пальм и, под углом отскакивая от них, падали прямо нам под но-
  ги. Яблонский оставил свой "форд" менее чем в ста метрах от центрального
  здания мотеля, но, одолев эти сто метров, мы промокли до нитки. Стоянка
  в этот ливень была пустынна, но Яблонский поставил свой автомобиль в са-
  мый темный угол. Он был предельно осторожен.
   Яблонский открыл боковые двери "форда", вылез из машины и остановился
  у передней двери кузова.
   - Садитесь первой, леди. Нет, на другое сиденье. А ты садись за руль,
  Тальбот.
   Как только я сел, он захлопнул дверь. Потом сел на заднее сиденье,
  закрыл свою дверь и тут же больно уперся маузером в мою шею. Скорее все-
  го, он опасался, как бы меня не подвела память.
   - Сворачивай на шоссе и жми на юг.
   Мне каким-то чудом удавалось нажимать на нужные кнопки. Проехали пус-
  тынную территорию мотеля и повернули направо...
   - Дом старика находится как раз у съезда с шоссе? - обратился Яблонс-
  кий к девушке. - Я правильно его понял?
   - Да.
   - А можно ли проехать туда другой дорогой? Может быть, можно подъ-
  ехать к дому с окраины или проехать к нему проселочной дорогой?